Страх случайно стать мемом меняет ночную жизнь поколения Z

Молодые британцы всё реже позволяют себе расслабиться в клубах – и всё чаще выбирают пабы. Причина не в музыке и не в ценах на напитки. Причина – смартфон в чужих руках и мысль о том, что завтра ты можешь проснуться вирусным видео.

Гиперосознанность вместо беззаботности

21-летняя студентка Фрейя Прайс из Кардиффского университета описывает свои вечера в клубах как состояние постоянной настороженности. Она отслеживает промоутеров с камерами, следит за чужими телефонами и думает о TikTok – вместо того чтобы просто танцевать. Её друзья однажды обнаружили себя в инстаграм-аккаунте клуба: фотография появилась спустя неделю, вид у всех был, мягко говоря, нетрезвый.

Отдельный источник тревоги – умные очки Meta. Фрейя видела в сети ролики с женщинами после клубного вечера, которые даже не подозревали о съёмке: устройство практически неотличимо от обычных очков. «Мне страшно, насколько легко стало снимать людей и выкладывать их в сеть без их ведома», – говорит она.

Её беспокойство небезосновательно. Если раньше самое худшее, что грозило после вечеринки, – это размытая фотография в чьём-то альбоме на Facebook, то сегодня компрометирующий момент может набрать тысячи просмотров за несколько часов. И остаться в поиске навсегда – вплоть до собеседования о приёме на работу.

Наука об embarrassment в эпоху алгоритмов

Нейробиолог Дин Бёрнетт, почётный научный сотрудник Кардиффского университета, объясняет: чувство стыда – эволюционно древняя реакция. У первых людей быть изгнанным из племени означало смерть. Именно поэтому тревога о чужом взгляде встроена в нас биологически. Социальные сети просто многократно усилили аудиторию этого взгляда.

По его словам, нынешняя молодёжь выросла в среде, где любое действие потенциально фиксируется и транслируется. Неудивительно, что поведение изменилось. Те, кому сегодня за сорок, нередко говорят, что им повезло – в их молодости не было соцсетей. Но Бёрнетт уточняет: они не стали бы вести себя так же раскованно, если бы знали о камерах. Психологически это невозможно.

На противоположном полюсе – те, кто намеренно делает что-то экстремальное ради лайков. Две крайности одного явления: одни сжимаются, другие гиперболизируют себя для экрана.

Пабы вместо клубов, разговоры вместо контента

Фрейя и её друзья давно предпочитают клубам пабы. Там тише, там можно разговаривать – и там никто не суёт в лицо камеру. 49-летний диджей Каптин Барретт, работающий на площадках по всей Великобритании с 1999 года, видит ту же тенденцию: люди стали куда более скованными на танцполе. «Раньше отрывались по-настоящему. Сейчас это редкость», – констатирует он.

23-летний Эдвард Джент точнее всех формулирует суть: люди сегодня романтизируют не столько эстетику размытых снимков начала 2000-х, сколько анонимность, которую они символизировали. Тогда никто не выстраивал нарратив своей ночи. Просто жили моментом. Этого голода – быть незаметным и настоящим – сейчас в избытке.

Решение, которое нравится Фрейе: берлинские клубы клеят стикеры на камеры смартфонов на входе. Простой жест – и совершенно другая атмосфера. Пока британские заведения до этого не доросли, поколение Z голосует ногами: уходит туда, где можно быть глупым, пьяным и живым – без последствий в виде вирусного ролика.