Пресс-служба Союза биатлонистов России дала жёсткий ответ на разлетевшийся в сети тезис об «игноре» со стороны Международного союза биатлонистов. Никакой изоляции нет. Рабочая переписка продолжается – и подтверждения тому вполне конкретные.
Руководитель пресс-службы российского союза Сергей Аверьянов выступил с развёрнутым опровержением в своём telegram-канале. По его словам, утверждения об отсутствии контактов между СБР и IBU – не более чем раздутая сенсация. «Общих тем по понятным причинам поубавилось, но обычное рабочее общение федераций никуда не делось», – написал он.
В качестве свежего примера Аверьянов привёл уведомление от IBU об изменениях в пуле россиян в международной системе антидопингового тестирования. Документ пришёл именно в СБР, а не напрямую спортсменам – хотя, как замечает глава пресс-службы, технически такой вариант был бы вполне осуществим: в штаб-квартире организации есть как минимум двое сотрудников, владеющих русским языком.
Аверьянов пошёл дальше. Он сообщил, что последнее адресное послание в СБР с личной подписью президента IBU Олле Далина датировано 8 апреля этого года. Это уже не просто рабочая переписка на уровне администраторов – это прямой контакт первых лиц.
Подтвердить это документально глава пресс-службы готов, однако сделать этого не может: с недавних пор IBU стал помечать наиболее значимую часть переписки с российской стороной грифом «конфиденциально». Годом ранее, по его словам, такой практики не было.
Поводом для информационного всплеска послужили слова самого Далина, которые ряд источников интерпретировал как подтверждение полного прекращения диалога. IBU отстранил российских и белорусских биатлонистов от международных соревнований ещё в феврале 2022 года – и с тех пор это решение неизменно продлевается. На фоне такого статус-кво заявление об «игноре» выглядело логично. Но, судя по всему, не точно.
Показательна и деталь с антидопинговым мониторингом. Российские биатлонисты, несмотря на отстранение, по-прежнему обязаны соблюдать требования ВАДА и IBU в части доступности для внепланового тестирования. Любые изменения в пуле спортсменов требуют официального уведомления – и оно, как выясняется, по-прежнему направляется через национальную федерацию.
Иными словами, политическое отстранение и рабочие контакты – вещи, которые в биатлонном мире пока существуют параллельно. Скандала не получилось. Зато получилось кое-что интереснее: публичный разбор полётов с цитатами и датами.
