Björck и Stenberg рвутся в топ-3 драфта НХЛ, близнецы Рак мечтают об одном клубе
На комбайне в Баффало разворачивается один из ключевых этапов подготовки к драфту НХЛ 2026 года.…
Владимир Крикунов, под руководством которого сборная России становилась чемпионом мира, высказался прямо: международный хоккей без участия российской команды смотреть незачем. Слова – не просто эмоция. За ними стоят пять пропущенных мировых первенств и Олимпиада в Италии, которую Россия встретила в статусе наблюдателя.
Чемпионат мира – 2026 завершился победой финнов, в финале переигравших Швейцарию. Бронза досталась Норвегии. Турнир состоялся, медали раздали. Но разговор о нём в профессиональной среде не клеится. Крикунов задаёт риторический вопрос: «Интересно было?» – и сам же отвечает молчанием.
Россия исторически – один из трёх-четырёх участников, без которых турнир теряет вес. Сборная выиграла 27 золотых медалей чемпионатов мира, включая СССР. Убери такого игрока со стола – и партия становится другой. Не обязательно хуже по исполнению, но точно беднее по смыслу.
Отдельная тема – отставка президента ИИХФ Люка Тардифа, который не станет баллотироваться на второй срок. Крикунов трактует это однозначно: человек пришёл развивать хоккей, а попал в политическую мясорубку.
«Один не может пойти против толпы», – говорит тренер, и в этом есть своя логика. Тардиф публично заявлял о желании расширять географию хоккея, искал точки роста в незападных регионах. Итог – один срок и тихий выход. Прецедент редкий: большинство президентов федераций держатся за кресло до последнего.
Теперь в сентябре на конгрессе ИИХФ предстоит решить вопрос о допуске России к соревнованиям сезона-2026/27. Дисциплинарный совет организации уже аннулировал предыдущее решение о недопуске – то есть формально запрет снят, но окончательное слово остаётся за конгрессом. Многое будет зависеть от того, кто займёт место Тардифа.
Крикунов – не единственный, кто говорит об этом вслух. Но он один из немногих, кто формулирует без дипломатических оговорок. Надежда на возвращение есть. Сроки – по-прежнему открытый вопрос.